Бачуров

There were men far richer than Colin—including a Middle Eastern princeling and a pair of Russian oligarchs who vacationed in Italy with Vladimir Putin—who wanted to know when he was going to stop setting fire to their money. И людям много богаче Колина – в том числе одному ближневосточному князьку и паре русских олигархов, отдыхавших в Италии, – захотелось узнать, когда же он, наконец, прекратит играть с огнем поблизости от их денег. I have reliable information that the Russians are farming them. They grow trolls like potatoes in the permafrost of Siberia. У меня есть надежные сведения, что троллей разводят украинцы. Выращивают троллей, будто свинок. She walked Robin home after eleven, Robin tipsy and singing, and while they were crossing Westminster Bridge in the damp, chilly night, Russia invaded Ukraine. После одиннадцати она отправилась провожать Робина домой. Изрядно захмелевший, на ходу Робин пел, и пока они пересекали Вестминстерский мост, той самой теплой, хотя и довольно сырой ночью началась война в Европе. In the days after the party, Gwen and Robin sat on the couch in her flat, parked in front of the TV, watching a line of tanks move toward Kyiv, staring at video of buildings with holes punched through them by missiles. On the ninth of March, something hit a maternity ward in Mariupol: a shattering blast, a gush of fire. A pregnant woman was killed; her baby was stillborn. Спустя несколько дней после празднества Гвен с Робином, устроившись в его квартирке на диване, перед телевизором, смотрели, как движется колонна танков, во все глаза разглядывали бреши, пробитые снарядами и ракетами в стенах домов. Девятого марта что-то этакое угодило в один из донецких роддомов. Оглушительный взрыв, столб пламени… При взрыве погибла одна из будущих матерей, а ее малыш родился на свет мертвым. Двумя цитатами поделились друзья, еще две я нашел сам. На английском — это роман King Sorrow автора Joe Hill. На русском — это роман "Царь Скорбь" Джо Хилла в переводе Дмитрия Старкова, "Эксмо", Fanzon. И — мне очень жаль. Я понимаю ситуацию, в которой оказались издательства в России. Понимаю, что выбор между цензурой и безопасностью однозначен. Но цензура все-таки не предполагает идеологической подмены. Можно же было вымарать не только Путина и вторжение России в Украину (так и быть, заменив последнюю расплывчатой "войной в Европе"), но и россиян, которые выращивают троллей в Сибири, и Мариуполь, оставив абстрактный роддом. Я бы понял, и, думаю, все всё поняли бы. Подменять россиян украинцами и Мариуполь Донецком — совсем другая история. Она даже не сродни советским правкам "Колыбели для кошки" Курта Воннегута, где лилипутка Зинка из Borzoi Dance Company превратилась в Зику из иностранного ансамбля. Нейтральная подмена — ну да, иногда при тоталитаризме без нее никак, меняем "Россия вторглась в Украину" на "началась война в Европе". А эти вот подмены — они не нейтральные. В итоге — и это, кажется, первый случай такого рода, я такого просто не помню, — Джо Хилла сделали солдатом "информационной войны". В СССР Воннегута хотя бы не изображали "на нашей стороне". А тут — ты гляди, чо сын Стивена Кинга про украинцев пишет!.. Не знаю, кто и на каком этапе это сделал. Может быть, рядом стояли люди с пистолетами. Но если нет — это, мягко говоря, не самое лучшее решение проблемы.