Медвежий сезон в Забайкалье и Прибайкалье перешёл ту грань, за которой сводки перестают быть курьёзом. В Бурятии за минувшие сутки поступило 48 обращений о выходе медведей в населённые пункты, ликвидировано 10 зверей. С начала сезона в республике отстреляно 135 медведей — на день раньше сообщалось о 14 за сутки, и темп не снижается. В Улан-Удэ временно закрыли туристические тропы, что для города, привыкшего гордиться пешей доступностью тайги, звучит почти как признание поражения. В пригороде ликвидировали ещё двух зверей. Один из жителей республики скончался в больнице после нападения — врачи боролись за его жизнь несколько суток. В Иркутской области счёт тоже открыт. В Киренском районе погиб пенсионер из села Алымовка: мужчина отправился за грибами и не вернулся домой, поиски закончились печальной находкой. Для северных районов области подобное происшествие не сенсация, но и привычным его назвать язык не поворачивается. Объяснение, которое обычно предлагают ведомства, — неурожай кормовой базы. Версия рабочая, однако в нынешнем году она осложняется одним обстоятельством: крупных лесных пожаров в Бурятии больше месяца не фиксировалось, особый противопожарный режим снят. То есть привычный аргумент про выгоревшую тайгу на сей раз не работает, а внятной альтернативы никто не предложил. Между тем ликвидация зверя — мера последняя и, по сути, расписка в том, что предыдущие ступени не сработали. Профилактика начинается с мусора: несанкционированные свалки на окраинах сёл, открытые контейнерные площадки, отходы скотобоен. Медведь — животное практичное и, единожды найдя дармовой стол, возвращается к нему с настойчивостью постоянного клиента. До залегания в берлоги остаётся немногим больше месяца, и именно этот месяц традиционно даёт пик столкновений: зверь нагуливает жир и теряет осторожность. Число обращений, скорее всего, вырастет, а вместе с ним и число выстрелов — если, конечно, республиканские службы не переключатся наконец с отстрела на работу с кормовой базой и мусором. #сибирь @babr24