Расплачиваются ли дети, если виноваты отцы? В Бабук вышла электронная версия книги «Яблоки из чужого рая». Это первый роман семейной саги Анны Берсеневой «Ермоловы». Впервые роман вышел в 2000 году, а позднее трилогия легла в основу 32-серийного телесериала «Ермоловы». Книги Берсеневой — это психологически тонкая проза о семейной памяти, наследуемой вине и человеческом выборе. Судьбы нескольких поколений московской семьи переплетаются с историческими потрясениями XX века. Любовь и предательство, пропавшие драгоценности князей Радзивиллов и загадочное родовое проклятие складываются в историю о том, как поступки предков определяют жизнь детей, внуков и правнуков. И о том, можно ли разорвать эту цепь. Писательница обращается к нам: Дорогие мои читатели! В трилогии «Ермоловы», а потом и в сценарии сериала, который был мной по ней написан и снят кинорежиссером Владимиром Краснопольским, я впервые осуществила свое желание написать большую семейную историю, которая охватывала бы весь ХХ век. Но меня привлекала не только возможность показать разные времена (от 1920-х годов до начала XXI века), разные города и страны (действие происходит в России, Италии, Таджикистане, Беларуси), но и сделать зримым то, как за преступления отцов несут наказание дети — в широком смысле слова, до третьего и до четвертого колена. С семьей Ермоловых происходит именно это. Пока не приходит неожиданная девочка и не ставит точку в семейном несчастье тем единственным способом, которым только и можно это сделать. Когда я в 2026 году готовила эти книги к переизданию, меня поражало и радовало, что, подряд читая «Яблоки из чужого рая», «Антистерва», «Мурка, Маруся Климова» спустя двадцать лет после их написания, я ни разу не подумала: как же всё изменилось, какими же наивными кажутся мне теперь мои тогдашние мысли и герои! Нет — ни мысли мои тогдашние, ни герои не только не выглядят устаревшими в моих собственных глазах, но все, что с ними связано, кажется мне еще более актуальным сейчас, когда нашлось слишком много желающих разрушить нормы человеческой жизни. Так что пусть они будут с вами, эти придуманные мной люди, которые прошли через целый век в книгах и через двадцать лет моей собственной жизни. Анна Берсенева