Асфальт

Хорошие новости. Задержания в Минпромторге и фиктивный суверенитет БПЛА: первые фигуранты и миллиардные схемы. Силовики задержали первых подозреваемых по громкому делу о распределении государственных субсидий. Расследование касается махинаций в сфере беспилотных летательных аппаратов. В списке задержанных Алла Половченя — топ-чиновница Минпромторга РФ. Она занимала пост заместителя начальника управления беспилотных систем и робототехники. Именно её ведомство контролировало финансовые потоки, выделение госсредств и выдачу субсидий на развитие отечественных дронов. Валерий Кустов — миллиардер и основной акционер ГК «Эфко». Его проект по созданию беспилотных авиационных систем «Транспорт будущего» выступал крупным подрядчиком для государственных нужд. В чем суть схемы. Подрядчики массово закупали готовые беспилотники и комплектующие в Китае. На зарубежную технику наклеивали российские шильдики и выдавали её за уникальные отечественные разработки. Под этот «псевдоимпортозамещение» из бюджета выделялись многомиллионные целевые гранты. Деньги оседали у чиновников и бизнесменов, а реальное производство так и не было создано. Общая сумма инвестиций в проект «Транспорт будущего» оценивалась примерно в 7 млрд рублей, из которых порядка 3 млрд рублей ушли непосредственно на разработку моделей БАС и сопутствующую инфраструктуру. Следствие проверяет законность распределения и целевое использование этих многомиллиардных государственных грантов, выделенных в рамках профильного нацпроекта. Фигурантам вменяются статьи о мошенничестве и растрате в особо крупном размере. Это только верхушка айсберга? Эксперты отрасли отмечают, что кейс Минпромторга — лишь частный пример системной проблемы. Подобные схемы «переклейки шильдиков» давно стали секретом полишинеля на рынке гособоронзаказа и инноваций. Аналогичные подходы, по мнению инсайдеров, активно практикуются на уровне структур Ростеха. Особенно это касается финансирования дорогостоящих научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР). Огромные бюджеты на «уникальные отечественные разработки» осваиваются по проверенному алгоритму: закупка китайской базы, доработка софта силами маркетологов и успешный бумажный отчет перед руководством страны. Задержания в Минпромторге могут запустить цепную реакцию проверок и в других госкорпорациях. Почему аудит НИОКР в ОПК пропускает «шильдик-пром»? Формально оборонные разработки защищены тройным барьером контроля: институтом Военприемки Минобороны, жесткими стандартами ГОСТ РВ и казначейским мониторингом «окрашенных» счетов. Однако на практике система имеет критические уязвимости: Бумажная локализация. Проверяющие органы оценивают НИОКР по конструкторской документации. Если исполнитель грамотно составляет чертежи, импортная плата в отчетах легко превращается в «модуль отечественной сборки». Размытые квоты. Исключить иностранные компоненты в микроэлектронике невозможно. Разработчики пользуются разрешенными квотами на импорт, постепенно расширяя их до 100% от объема готового изделия. Коррупционный консенсус. Как показывают дела последних лет, ключевые звенья контроля просто мотивируются взятками за закрытие глаз на реальное происхождение техники. Основная часть бюджета НИОКР списывается на «написание уникального ПО» и «исследовательские человеко-часы». Проверить реальную стоимость работы программистов на бумаге почти невозможно, что делает НИОКР главным инструментом легального вывода бюджетных средств. Завысить стоимость «разработки» в 5–10 раз по сравнению с китайским аналогом не составляет труда, обосновав это затратами на освоение производства. В итоге — аудит оценивает форму (акты, патенты, отчеты), но полностью игнорирует содержание. Такой схематоз и в мирное время недопустим, а сейчас, когда Россия, фактически, воюет с коллективным Западом, — его надо выжигать каленым железом, квалифицируя такие действия как измена Родине.