Хотите расскажу о месте, где я выросла? #немноголичного Мои родители в далеком прошлом были геологами, так их собственно на Дальний восток и занесло. Отец в итоге стал профессиональным охотником, поэтому все свое детство я провела в тайге. Мы уезжали бывало на три-четыре дня, а то и на неделю в такие непроходимые чащи, что вам, столичные любители экстремального отдыха, и не снились. Летом рыбалка и просеивание икры сквозь бадминтонную ракетку (как сейчас помню), зимой - ждешь папу с елкой. Он привозил таежную, со "свечками" - это шишки так причудливо торчали. И не елку, конечно, а пихту. Еще у нас всегда были собаки, лайки - неизменные отцовские помощники. А на новогодних праздниках комната завалена шкурками соболей и норок, отец с сигаретой в зубах, размачивает их в специальном растворе, и терпко пахнет уксусом. По всей квартире на стенах рога: косуля, сохатый, пара изюбрей. Висели и головы оленя и рыси - затем их моль пожрала, убрали. Забавно, что с таким-то детством я выросла защитницей животных и теперь даже мех не ношу. Но это все романтика. А на деле, кроме природы на Дальнем востоке не было ничего. Я всегда жила с ощущением заколдованности, словно та цепь гор, которую отлично было видно из окна моей комнаты, наглухо закрывает меня от окружающего мира. Несмотря на то, что судьба меня потом забросила в Мурманск, а после были Питер, Москва, снова Питер, Москва - чувство внутренней изолированности со мной всегда. Горные хребты Сихоте-Алинь, бухта Сетуан, кедровый стланик и пахучий багульник, чай с лимонником, жареный папоротник, рябчики, которых готовил только папа, чилимы тазиками (ненавидела), горбуша, нерка или таймень вместо семги, дикая жимолость (горькая, фу), настойка корня жень-шеня по утрам, чтобы расти здоровой, пантокрин - если болит зуб: намочи ватку и приложи, зимой - торбаса из оленей шкуры и шапка из колонка (с хвостами) - все это цветастый коллаж моей памяти. И ничего этого больше нет. Сохранился только отцовский бинокль. Настоящий охотничий. Как часть той жизни, что надежно спрятана в краю густых туманов и далеких звезд. "Нынче ночью я вновь приходил к тебе, но тебя не было дома. И дома твоего не было в городе и города не было нигде на земле".