Проказы: медведь-антибонапартист, вывески и ужасы Чёрной речки Гвардейская молодёжь зачастую жила бурной жизнью и проявляла склонность, с одной стороны, к дурацким выходкам, а, с другой, к вольнодумству и всяческой его демонстрации. Декабрист и аристократ Сергей Григорьевич Волконский, баловень судьбы и участник наполеоновских войн, как и многие люди его круга, отличался такого рода «шалостями». Сам Волконский вспоминал, что в годы молодой жизни в Петербурге они вместе с другим будущим декабристом Михаилом Луниным жили на Чёрной речке, терроризируя местных прохожих: «Кроме нами занимаемой избы, на берегу Чёрной речки против нашего помещения была палатка, при которой были два живые на цепи медведя, а у нас девять собак. Сожительство этих животных, пугавших всех прохожих и проезжих, немало беспокоило их и пугало их тем более, что одна из собак была приучена по слову, тихо ей сказанному: "Бонапарт" - кинуться на прохожего и сорвать с него шапку или шляпу. Мы этим часто забавлялись, к крайнему неудовольствию прохожих, а наши медведи пугали проезжих». В ту пору Чёрная речка была излюбленным местом кавалергардских «потех», и потому петербургские обыватели старались сторониться сих мест. Оно и неудивительно: в ходу бывали похищения актрис, не ответивших взаимностью (одну француженку привязали за это к дереву и отгоняли прохожих, желавших было помочь несчастной), бывали хмельные форсирования речек (однажды с летальным исходом) и прочие безумства. Подобные выходки касались не только кавалергардов, но и вообще гвардейцев, и могли проявляться в повседневности. К примеру, одной из невинных проказ считалось перевешивание вывесок. Офицеры занимались подобным под покровом ночи. Ежели это происходило под носом у полиции, то считалось особой удалью. Наутро вывеска модистки красовалась над мясной лавкой, вывеска гробовщика оказывалась водружена над аптекой, а на булочной цепляла взгляд вывеска сапожника. Такая вот своеобразная старая гвардейская повседневность.