Валерия Олюнина

Их ненависть к античности, классицизму, советскому конструктивизму, соцреализму да и ко всему здоровому, (имеющему величие замысла и жесткие жанровые границы), что осталось в искусстве, беспредельна. Однако замечу, что в большинстве случаев их война с классикой заканчивается их собственным поражением. Они не могут переформировать Пушкина, а только сбросить его бюст с пьедестала. Для переформатирования и дискредитации больше подходят те, кто как раз боролся с классицизмом, с его пресловутыми закостенелыми нормами. Скажем, ловко у них получилось с Эженом Делакруа. Всем этим экспериментаторам и романтикам они с радостью выпустили бы кишки, после того, как используют их в своих целях. Последним фильмом работающего на транснационалов Алена Роб-Грийе стала деструкция "Вам звонит леди Градива", Ален да и его супруга армянского происхождения, большая любительница всякой грязи и эротоманских игрищ, как личности были полностью разрушены и дошли до нравственного нуля. Сюжет "Градивы" напомню, о том, как искусствовед Джон Локк собирает материал о творчестве Эжена Делакруа. Поиски приводят его в Марокко, где, возможно, остались неизвестные рисунки, набросанные его рукой. Здесь Джона начинают преследовать странные сны и видения, там неизменно присутствует одна и та же женщина, которую местные легенды связывают с наложницей правителя столетней давности Лейлой, казненной своим повелителем за связь с французским художником. Мутный, психопатический фильм. Казалось бы при чем здесь Эжен? При чем здесь имя английского просветителя Локка? Казалось бы, гениальный романтик Делакруа точно был не достоин такого обращения. Но тут и таится какое-то возмездие за отступление от классицизма и академизма. Ещё быстрее это произошло в среде "бандеровского ренессанса" в 1960 е годы. Алла Горская отступила от соцреализма и русской культуры и тут же получила удар топором. Художник в эти времена должен думать не только о том, как его поймут, но и как его смогут интерпретировать, вывернув ему спустя века нутро, вот это поистине страшно, коллеги.