«Наше положение». Часть 2. Новая эпоха классовых войн Продолжаем концептуализировать реальность. И сегодня речь пойдет о проблеме классов. Марксисты были правы в том, что заострили внимание на ней. Классы действительно существуют. И классовое сознание тоже существует. Причем в определенных социальных системах и на отдельных исторических отрезках проблема их антагонизма может действительно ощущаться очень остро. Другой класс — это чужая страна (перефразируем известную книгу Дэвида Лоуэнталя «Прошлое — чужая страна»). Другими словами, класс (или значительную социальную страту) можно воспринимать как отдельный народ. К этой проблеме относится и разделение городского и сельского населения. Для национального государства жизненно важна работа с классами, важна соответствующая продуманная политика. Для этого общество должно быть зрелым. О критериях надо говорить отдельно. Однако сегодня заниматься этим совершенно некогда. Проблема усугубилась. Если для мира, состоящего из национальных государств, классовая политика определяла успех этих государств на международном уровне, то в мире, в котором выстраивается глобальный цифровой контроль, манипуляция классами или стирание их различий переходит на новый уровень. Мы просто не успеем выстроить никакой разумной политики классов, и не будем иметь достаточно информации для этого. Кроме того, выстраивать ее тоже будет некому. Адекватным задаче политическим силам просто не дадут сформироваться. Но сегодня классы все еще существуют, и они влияют на процесс достраивания системы цифрового слежения. Так, класс чиновников во всех странах подхватил пандемийные меры и начал их транслировать без какой-либо публичной рефлексии. Сегодня эти же чиновники продолжают ковать систему тотальной несвободы. Что не так с их мозгами — это вопрос тоже отдельный. Им помогает львиная доля технократической прослойки и различных специалистов, убежденных в том, что у человечества нет иного будущего, кроме построения системы тотального слежения. В России сейчас просто семимильными шагами идут к полному уничтожению частного мелкого и среднего бизнеса. Просто добивают его, причем хотят добить его именно как класс. Не просто происходит коррекция каких-то видов бизнеса, а осуществляется целенаправленное уничтожение частника. Застарелые антагонизмы здесь тоже работают. В СССР презирали крестьян и изготовленных из них колхозников. В постсоветской России презирали мелкий бизнес и душили его все годы. Чиновничий класс не в состоянии был понять значение мелкого предпринимательства даже в спокойное время. А сегодня, когда ему позволили вести агрессивную политику в отношении непонятного для него явления — "торгашей", он, как глупая собака, бросился терзать раздражающий до сих пор объект. (Третью часть предыдущих текстов Кто есть кто. Или ничтожность номинальных правительств читайте на Boosty). Продолжение следует...