👫 Новая колонка в «Мнениях» — о домовых, колядках, станичном фолк-хорроре и картонном казачьем патриотизме, вываренном в хлорке. В тексте редактор Юга.ру Денис Куренов рассуждает о том, что тем, кто хочет заменить Хэллоуин кубанскими традициями, стоит сначала с ними познакомиться. Цитаты из текста: Каждую осень Кубань побеждает Хэллоуин — и каждую осень выясняется, что победу придется одерживать заново. Проклятый овощ с прорезями для глаз и рта — та самая «хэллоуинка», воспетая губернатором Кондратьевым, — снова ускользает, словно колобок. Колядование восходит к поминальному обряду. Те, кто стучится к вам в морозную ночь, — не умилительные румяные детки, а явившиеся с того света духи предков, которых жизненно необходимо задобрить кашей и пирогами, иначе худо будет всему хозяйству. Если сравнить кубанскую родню с американской, Голливуд местами кажется невинным. Кубанские святки — это остросюжетный фолк-хоррор, способный потеснить «Солнцестояние» Ари Астера. В сочельник в станичную хату возвращались души предков. К столу, ломившемуся от постных блюд с кутьей во главе, кликали не только Мороза, но и домового — «шоб бэды нэ робыв». Под Новый год пели щедровки каждому домочадцу. Венцом макабрического действа был парубок, наряженный в вывернутый тулуп, с рогами и колокольчиком на шее. Его водили по станице инфернальной «козой». Посреди хаты коза падала замертво, а потом ее возвращали к жизни. Умирал старый год, рождался новый. А утром хозяйка усаживала мальчишку-посевальщика на вывернутую шубу — изображать плодородие. Еще одна рассказчица чувствовала, как ночью на нее взбирается и давит дымовушка, и сразу схватила ее за лапу — «мяхка-мяхка, пушыста-пушыста». И упрашивала: «Ну, дымовушка, если ты наш хазяин, мий хазяин, зачем жэ ты меня бэспокоишь, зачем жэ ты мини такый страх наводышь?» Спасалась она молитвой «Отче наш», а некая Павловна советовала ей без кошки и спать не ложиться. Кошка тут вообще зверь с подвохом. В Троицкой отец запрещал даже звать кота: на «кыс-кыс» мог явиться домовой. Главный курьез этой священной войны за скрепы заключается в том, что и местные святки — такой же импорт: на Кубань их привезли черноморские казаки (бывшие запорожцы) и переселенцы с Полтавщины и Черниговщины, а на восток края — линейцы, выходцы с Дона, Волги и из южнорусских губерний. А церковь воевала с языческой стихией святок ровно так же, как кубанские блюстители морали сегодня воюют с Хэллоуином. Живой станичный карнавал выварили в хлорке: козу выводят на концерт в чистеньком костюме, покойников из сценария вычеркнули, домового выселили, калитки приварили намертво. Получился образцовый советский утренник — стерильный, скучный и мертвый. Читать полностью Это авторский текст. Мнение автора может не совпадать с мнением редакции. Подписаться: @yugaru, связь с редакцией: @Yuga2bot