Умер Слингер Франциско, он же — король калипсо Майти Спэрроу. Могучий Воробей. Ему был 91 год. Когда в 1960-х и 70-х случился взрыв калипсо, путеводными звёздами фирменного тринидадского жанра были именно Спэрроу и его соперник Лорд Китченер. Второй тоже был гением. Китченер больше тяготел к Англии, английской карибской диаспоре, больше пел именно про английские реалии и на английские темы, у него было больше прямолинейного юмора. А песни Спэрроу чаще были нелинейными, иносказательными, полными изумительной пошлости и сложного сарказма. А иногда — настоящей боли, обращённой в жизненные силы. Лучший альбом Спэрроу — «Hot and Sweet» (1974), записанный с Ван Дайком Парксом в роли продюсера за три дня в Майами. Музыканты не выходили из студии вообще: лил проливной тропический дождь. Он состоит из новых аранжировок старых хитов Спэрроу — аранжировок гениальных, потому что лучше Паркса мало кто умел в аранжировки песен, — и он бронебойный. Это примерно лучшая пластинка, которую вы не слышали. Начинается «Hot and Sweet» с песни про смерть. И заканчивается песней про смерть. Первая — «Sparrow Dead», сумасшедший быстрый калипсо о слухах насчёт смерти Спэрроу, которые распространились по Тринидаду в период его очередных заморских гастролей. Очень смешной и очень крутой. В нём есть всё, за что Спэрроу можно полюбить. А последняя — «Memories». Космический шедевр. Самая прямолинейная песня Спэрроу. И, думаю, при этом на английском языке написано очень мало песен про потерю и память сравнимой силы изящества. Это длинная полу-баллада на семь минут про умерших, ушедших, погибших друзей, соратников — тех, кто когда-то был рядом. При этом — ни капли не грустная. Полная жизни. Полная очень правильных слов. Полная души. Спэрроу в ней едет на платформе в процессии тринидадцского карнавала — и салютует всем его бывшим участникам, которых уже нет и кого он может вспомнить. Каждый второй куплет посвщён одному реальному ветерану карнавала, перечислению его регалий, воспоминаниям о нём — и каждый заканчивается фразой «Just for you I came out with real fire this year». «Для тебя в этом году я отжигаю по-настоящему». И печали нет, и грусти нет, а есть только память. Иногда важно — чтобы вот так.