Мы что-то почитали коллег про сделку ВТБ и Wildberries - и решили сами все собрать. Как ВТБ покупает финтех Wildberries ВТБ и Wildberries & Russ (РВБ) объявили о стратегическом партнёрстве, ядром которого стала покупка доли в финтех-активах маркетплейса. Ещё в начале марта РВБ призывала не верить «вбросам и слухам» об объединении с ВТБ, а в апреле Татьяна Ким заявила «Интерфаксу», что вхождение ВТБ в капитал не обсуждается «ни в какой форме». Однако рамочное соглашение согласовали 22 мая, а 26 мая партнёрство объявили официально. Сначала речь шла о 5% в WB Банке с опционом на увеличение, но 28 мая ВТБ раскрыл дополнительные детали — о миноритарной доле во всех финтех-активах РВБ. Председателя правления ВТБ Дмитрий Пьянов подчеркнул, что контроль банк приобретать не будет. Что именно покупается. Финтех-периметр РВБ — это не один банк. В него входят приобретённый в 2021 году WB Банк (бывший Стандарт-Кредит Банк), микрокредитные компании МКК «Платёжные технологии» и МКК «ВБ Финанс», факторинговая «РВБ Факторинг» и быстро растущий бизнес ЦФА: только в мае группа разместила цифровые активы более чем на 16 млрд рублей. Курирует направление Георгий Горшков, экс-зампред ВТБ, с июля 2025 года возглавляющий правление WB Банка. Сам банк невелик — активы около 150 млрд рублей против более чем 35 трлн у ВТБ. Зачем это ВТБ. У банка около 31 млн активных розничных клиентов, у Wildberries — порядка 80 млн; последние 5 млн ВТБ набирал почти пять лет. Сделка даёт госбанку канал дистрибуции через маркетплейс, а WB Банк — доступ к отделениям, банкоматам, ипотеке и инвестпродуктам. Финансируется партнёрство допэмиссией: до 6,3 млрд акций по 87 рублей, то есть теоретически до 548 млрд рублей, хотя Костин оговорил, что весь лимит размещён не будет. При этом официальной цены сделки нет: ни суммы за долю, ни прочего. Сейчас любые оценки «стоимости финтеха Wildberries» — это догадки. Если условные 300 млрд — плата за половину бизнеса, то весь финтех «по сделке» стоит около 600 млрд, что подозрительно много для небольшого и недавно убыточного банка. Но у такого расчёта две слабые опоры. Первая: предполагается, что все деньги от выпуска акций идут на саму долю, тогда как ВТБ заявил их под партнёрство целиком, включая совместные вложения. Вторая, более важная: ВТБ платит не за банк как набор активов, а за доступ к клиентам. Мы прочитали в Forbes комментарий аналитиков «Вектор Капитал», и он вызывает смешанные чувства. По их версии, акционеры получили «двойной удар»: скромные дивиденды (9,71 рубля на акцию, 25% прибыли) на фоне допэмиссии почти на +50% к нынешним 12,927 млрд акций — то есть размытие сильнее прошлого раза. Это выглядит обоснованным: именно дефицит капитала заставил ВТБ затеять «кредитный маневр» и распродавать с баланса необеспеченную розницу. Смущает другое. «Вектор» называет сделку невыгодной, потому что WB Банк ориентирован на физлиц, а ВТБ в рамках того же манёвра от розницы отстраняется. Но манёвр — это про сокращение розничного кредитования, тогда как партнёрство с РВБ — про розничные пассивы и транзакционный бизнес: дешёвые текущие счета и комиссионные доходы от платежей 80 млн клиентов маркетплейса. Одно другому не противоречит. Аналогия со Сбером и Goods.ru тоже не вполне к месту: Сбер ee консолидировал, а ВТБ заявляет лишь миноритарную долю. Проверить, насколько наценка оправдана, можно будет только по фактическим цифрам — а они появятся после собрания акционеров ВТБ 30 июня и самого выпуска акций, не раньше 20 июля.