Черновик

В воспитании ребёнка мне не на что опереться. Я родился в небольшом городе, ходил в школу около дома и никогда всерьёз не думал, что буду жить где-то дальше 1000 км от родного города. Большинство людей вокруг меня росли примерно так же: вот твой дом, вот твой район, вот ближайшая школа. Никакого глобального выбора делать не приходилось. Но в нашей семье все иначе. Мы живём как номады. Я не могу просто выбрать школу около дома, потому что сначала мне нужно выбрать сам дом. А перед этим — город. И страну. И язык. И культуру. И внезапно вопрос «В какую школу отдать ребёнка?» превращается в гораздо более сложный: В какой системе координат он будет мыслить? Потому что страна — это не только климат, безопасность, налоги и стоимость жизни. Это язык, отношение к деньгам, работе, семье, власти, успеху, чужим людям и самим себе. Город сужает эту систему координат. Школа сужает её ещё сильнее. По сути, выбирая страну и школу, я выбираю людей и общество, которым постепенно передам значительную часть воспитания сына. Через десять лет моя степень контроля над его мыслями, окружением и мировоззрением станет довольно небольшой. Его будут формировать друзья, учителя, другие родители, местная культура и представления общества о том, что нормально, правильно и достойно уважения. Ребёнок для меня похож на цветок: сначала ты выбираешь, куда его посадить. А потом можешь только создавать условия, помогать и смотреть, что из него вырастет. Причём смотреть придётся всю оставшуюся жизнь. Это, конечно, довольно эгоистичная мотивация, но я понимаю, что состояние и судьба сына всегда будут занимать существенную часть моих мыслей. Поэтому мне важно заранее подумать, в какую почву я его помещаю. У нашего поколения появляется странная привилегия, которой почти не было у наших родителей: при определённом желании мы можем выбирать для себя и детей практически любую страну, город и место. Но вместе со свободой выбора появляются вопросы совершенно другого качества.