Секс-работа — это искусство. Или нет? К такому выводу подводит мини-сериал Apple TV «У Марго проблемы с деньгами» с Эль Фаннинг. Замес, если что, такой: 20-летняя студентка колледжа мечтает стать писательницей, и любовь к литературе сводит ее с женатым преподавателям. Забеременев, Марго решает оставить ребенка и растить его одна. Точнее, с помощью других таких же ауткастов: бимбо-мамы (Мишель Пфайффер, дай бог ей здоровья), наркозависимого отца-рестлера и соседки-косплеерши. Чтобы заработать на ребенка, Марго направляет свой литературный талант на Onlyfans: сначала унижая мужчин, а затем перевоплощаясь в хорни-пришельца с вайбами Барбареллы. У Apple TV хорошо получаются слезовыжимательные шоу. «У Марго проблемы с деньгами» только притворяется остросоциальным, а на самом деле — вполне себе сахарная семейная мелодрама. Героиня Фаннинг, пройдя через осуждение семьи, друзей, и судебные тяжбы с отцом-молодцом, принимает свою секс-работу как творчество и, ожидая жирного пополнения счета, выкладывает фотку вульвы в интернет: таков теперь ее путь, и она им гордится. И такой финал… выглядит, как прямая реклама Onlyfans. Сериал основан на романе Руфи Торп, а идея экранизации принадлежит сестрам Фаннинг. В проект вложилась и Николь Кидман (играет небольшую роль), шоураннером стал Дэвид Э. Келли («Большая маленькая ложь»). Сценарий выглядит в разы сочувственнее, чем у «Эйфории». Но и безобиднее: как будто острых углов практически не существует. Зарубежные медиа сериал очень хвалят как раз потому, что человечно показывают работу на платформе, не демонизирует ее, показывает, сколько труда креаторов в это все вложено: вот, вот и вот. А вот текст о том, сколько труда вложила в свою героиню Эль. «Поделюсь с вами своей мечтой: мир, в котором женщины зарабатывают на творчестве, даже если оно не сексуализировано и не предназначено для мужчин, и в котором рыночные силы не так часто учитывают эротические желания. В то же время, трудно смотреть это очаровательное, полезное шоу и не поддержать начинания Марго, не прослезиться из-за того, что ее семья собралась вместе, чтобы поддержать ее как мать. Для унылого циничного взгляда на экономику OnlyFans смотрите “Эйфорию”, но для более убедительного комментария —“Марго”», — добавляет The Atlantic. Короче говоря, ни одного критического комментария о том, насколько это проблемная индустрия сама по себе, и насколько странно, что она разрослась до поп-культурного феномена и теперь нормализуется. С точки зрения конкретной женщины она, конечно, вольна делать со своим телом все, что хочет, даже продавать. Но глобально мой вопрос такой: где проходит грань между раскрытием сексуальности и самоосвобождением и превращением себя в товар? Почему большинство продавцов — женщины, а покупателей — мужчины? Почему корпорации и маркетинг так бойко подхватывают именно либеральные феминистские лозунги о том, что гиперсексуальность и использование своего тела освобождает от оков патриархата? И какой эффект эта коммодификация женского тела оказывает на женщин в целом? Нет ли такого, что даже если отдельные секс-работницы делают деньги и любят свою работу, то секс-индустрия в конечном счете обогащает мужчин, укрепляет их власть, гендерное неравенство и идею, что они имеют право на женское тело? Честно говоря, я бы хотела увидеть шоу, которое не эксплуатировало бы секс-работниц ради шокирующего эффекта или мыльной оперы, а которое размышляло бы над этими вопросами. Потому что хукап-культура, шутки про «пойти в эскорт», онлифанс, порнография все равно укрепляют идею, что женщины в принципе могут быть товаром. Что у них можно клянчить нюдсы, делать им сальные комплименты, комментировать их тела и одежду, требовать секса, сводить до функции. Я думаю, что это все звенья одной цепи. У меня тоже есть мечта, что у женщин однажды появится возможность зарабатывать бешеные бабки не только продавая свои части тела. А мы как человечество найдем баланс между сексуальностью и эксплуатацией. Может, для этого секс-услуги стоит не покупать?