Александр Воскресенский. Социология и право.

Нанесение молодым мигрантом ножевых ударов сотруднику безопасности торгового центра на Ореховом бульваре - является закономерным следствием затянувшейся серии акций гражданского неповиновения, которые длительное время осуществлялись радикальными последователями ислама, и выражались в совершении намаза в публичных (т.е., не приспособленных для богослужебных церемоний) местах. Если мусульманин совершает «дуа» — краткую молитву, личное обращение к Всевышнему, которая не требует особых подготовительных и богослужебных церемоний (омовения, расстилания молитвенного коврика, обращения к Мекке, нескольких молитвенных циклов, особых поклонов, снятой обуви и т.п.), совершается про себя или гласно, но без привлечения внимания окружающих, сопровождается краткими символическими действиями (потираниями лица ладонями), — такие публичные действия не нарушают российский закон о свободе совести и религиозных объединениях, и совершаются беспрепятственно. Но когда совершается намаз, включающий в себя указанные подготовительные и богослужебные церемонии, такое религиозное действие приобретает характер богослужения, которое должно совершаться в публичном месте только с разрешения властей. Аналогичным образом только с разрешения властей православные совершают свои крестные ходы, при том, что личная Иисусова молитва (Господи помилуй!) и Крестное Знамение может осуществляться христианином публично без ограничений. В этом смысле, все «публичные намазы» в неустановленных для совершения религиозных обрядов местах являются противозаконными, — они преступают грань, которая отделяет публичное исповедание своей веры от радикальной политической акции. А поскольку такие радикальные политические акции, призванные продемонстрировать превосходство ислама и мусульманской общины, совершаются, невзирая на мнение общества и предписания властей, они приобретают явные черты экстремизма. Попытка убийства сотрудника безопасности торгового центра, после того, как он исполнил свои обязанности по пресечению несанкционированного «публичного намаза» на охраняемом объекте, имеет все признаки политической мотивации, направленной на демонстрацию радикализма и превосходства собственной религиозной группы, устрашение общества, воздействие на общественные и государственные институты, — без каких-либо сомнений такой политически ангажированный акт должен быть квалифицирован как терроризм. Необходимо разобраться также с теми, кто подталкивает мусульман на такие политические акции, какими являются «несанкционированные намазы» в общественных местах, кто «заказывает» очередное обострение отношений власти и влиятельных общественных групп, кто настраивает радикалов на раскачивание общественных устоев... С теми, кто в принципе использует фактор "политического исламизмизма", как тарана в отношении обществ и государств.