неудивительно, что религиозная риторика так хорошо работает в периоды нестабильности. поколение, которое снова тянется к вере, живет в мире, где слишком много неопределенности: климат, войны, экономика, одиночество, перегруз информацией, кризис будущего, размытые идентичности, отсутствие устойчивых структур. правые религиозные движения такую карту предлагают: вот мужчина, вот женщина, вот семья, вот бог, вот враг, вот порядок, вот причина тревоги, вот кто виноват, вот как все нужно вернуть назад. это работает, потому что дает не только смысл, но и виноватых. человек больше не просто потерян в сложном мире - ему объясняют, кто этот мир испортил. тревога получает лицо, а вместе с ним - направление. ее больше не нужно проживать, анализировать, выдерживать. ее можно превратить в злость. мир становится максимально простым и понятным. религиозный консерватизм становится привлекательным не потому, что он объясняет сложность мира, а потому что он снимает необходимость с ней жить. тренд на религиозность среди молодежи кажется мне скорее тревожным, чем радостным. не потому, что молодые люди ищут смысл - это понятно. тревожно то, что вместе со смыслом им часто продают готовую иерархию (вместе с моралью идет список людей, которых можно считать угрозой). эстетизированная религия делает все это еще мягче. это выглядит как стиль жизни, усталость от цинизма, желание простоты, возвращение к чему-то настоящему, но за этой мягкостью часто прячется очень жесткий вопрос: кто принимает решения, кому принадлежит тело, кто считается нормальным, кто должен молчать, кто должен подчиняться, кто будет исключен ради сохранения “чистоты”. плюс, молодежная религиозность не останется только молодежной эстетикой. эти люди вырастут. они будут голосовать, работать в институциях, становиться родителями, делать медиа, преподавать, управлять, писать законы, создавать культурные нормы, решать, что считается допустимым. если их возвращение к вере происходит вместе с антифеминизмом, гомофобией, тоской по иерархии и подозрением к свободе, это уже не просто личный стиль. пост-религиозная духовность без структуры тоже может быть опасной. там нет институции, священника, догмы, единого текста, но может оставаться тот же отказ от критики. “энергия”, “судьба”, “вселенная сказала”, “бог мне показал”, “я просто чувствую”, “это мой путь” могут быть способом прислушаться к себе, а могут стать способом вообще не анализировать свои поступки. духовность без ответственности тоже легко превращается в защиту от реальности. мне бы хотелось, чтоб у молодежи начался тренд на способность думать, сомневаться, отвечать за последствия, видеть другого человека, потому что вера без сомнения слишком легко становится фанатизмом, духовность без ответственности - нарциссизмом, традиция без критики - насилием, а порядок без свободы - контролем.