Илья Гращенков: Свежий опрос ФОМ показывает необычное состояние общественного мнения. Верхушка рейтингов застыла, но внутри политической системы начинается движение. 18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЁН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ КЫНЕВЫМ АЛЕКСАНДРОМ ВЛАДИМИРОВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА КЫНЕВА АЛЕКСАНДРА ВЛАДИМИРОВИЧА Оценка работы Владимира Путина четвертую неделю держится на уровне 70%. Доля тех, кто оценивает его работу негативно, – 15%. Доверяют президенту 69%, не доверяют – 18%. То есть падение, которое продолжалось с начала года, остановилось. Но и восстановления не произошло. Еще в феврале работу Путина положительно оценивали 80%, доверяли ему столько же. В июле рейтинг опускался до 66%, после чего отыграл несколько пунктов и замер. Это важное состояние. Рейтинг власти пока не рушится, но перестал реагировать на события. Ни успехи, ни новые заявления, ни попытки переключить внимание общества уже не дают заметного прироста. Возникло плато – устойчивое, но значительно более низкое, чем год назад. Причину хорошо объясняет структура медийной повестки. Главной темой недели остаются боевые действия – их в разных формулировках назвали 42% опрошенных. Однако это уже не только новости с линии соприкосновения. По 17% респондентов отдельно говорят об обстрелах российских территорий и атаках беспилотников. Еще 6% вспоминают атаку на склады Wildberries, 5% – гибель людей на пляже в Архипо-Осиповке. Таким образом, боевые действия в восприятии граждан окончательно переместились с телеэкрана в повседневность. Дроны, сирены, пожары, поврежденные предприятия и гибель мирных людей становятся частью личного опыта все большего числа россиян. Следом идут дефицит и подорожание бензина. Люди говорят не об абстрактных макроэкономических показателях, а о невозможности купить топливо и о росте цен. Положительные события практически не фиксируются. Даже спортивные успехи привлекли внимание лишь 1% опрошенных. Предвыборная кампания на этом фоне почти незаметна. События, связанные с работой властей и выборами, назвали только 2%. Причем внутри этой категории фигурирует попытка снять с выборов партию «Яблоко». И тут – главный политический сюрприз недели. Рейтинг «Яблока» по ФОМ (а это поквартирники!) вырос сразу с 2 до 4%. Почти весь последний год партия находилась на уровне 1%, в июле поднялась до 2%, а теперь удвоила результат. Сегодня «Яблоко» по рейтингу сравнялось со «Справедливой Россией». Этот скачок слишком заметен, чтобы его игнорировать. Тем более опрос проводился 7–9 августа – еще до решения Верховного суда о снятии федерального списка «Яблока». При этом сама попытка снять партию уже попала в число замеченных людьми событий недели. Получается классический эффект запрета. Давление не уничтожило партию в общественном мнении, а сделало ее заметной. Люди, которые раньше не видели для себя политического предложения, получили простой сигнал: существует партия, которую могут не допустить до голосования. На фоне тяжелой медийной повестки этого оказалось достаточно для мобилизации части протестного и миролюбивого электората. Пока речь не идет о протестной волне. Доля тех, кто слышал критику властей от окружающих, даже немного снизилась – с 39 до 37%. Личное недовольство действиями властей испытывают 30%. Общество скорее адаптируется и сдерживает эмоции, чем выходит в открытый конфликт. Но под внешней стабильностью начинается перераспределение симпатий. Президентский рейтинг замер, позитивная повестка не формируется, а давление на альтернативные партии способно только увеличивать их узнаваемость. Виден важный сигнал: чем сильнее сужается пространство выбора, тем более ценным для избирателя становится сам факт наличия выбора. https://t.me/thegraschenkov/7059
Kynev
Subscribers
19.7K
tracking since 27 Oct
Reach per post (ERR)
–– avg views
Posting
–
last 1 month ago
Reactions per 1K views
–
Views over time
| When | Views |
|---|---|
| 14 Aug 2026, 07:42 | 0 |
| 27 Oct 2026, 02:31 | 2.8K |
Who shared this post
Posts in other channels we index that link to this one. (Forwards with a hidden source can't be traced.)
Nobody yet.