Kynev

Ещё фрагмент заключения доклада 18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЁН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ КЫНЕВЫМ АЛЕКСАНДРОМ ВЛАДИМИРОВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА КЫНЕВА АЛЕКСАНДРА ВЛАДИМИРОВИЧА : "Среди губернаторов 83 «старых российских регионов» на 01.01.2026 тех, кто ранее либо работал в органах власти регионов Восточной Украины, либо публично обозначен как «участник СВО» было 5, все они с большим бюрократическим и административным опытом (понятно, что сами регионы Восточной Украины, Крым и Севастополь в данном случае включать в список нет смысла)... Среди главы региональных правительств (там, где это пост отдельный от губернатора), заместителей губернаторов и глав правительств регионов, руководителей аппаратов, начальников региональных финансов, занимавших свой пост в период с 01.01.2025 по 01.01.2026 можно отметить 17 профессиональных чиновников, являющихся по открытым данным «участниками СВО», либо успевшими поработать в регионах Восточной Украины, то есть они составляют 2,07% данной группы номенклатуры (ее общая численность на 01.01.2025 составляла 821). Крайне мало представлены в администрациях участники СВО - профессиональные военные (силовики), ранее не имевшие административно-управленческого опыта. Таких среди изучаемой группы региональной номенклатуры (заместители губернаторов и глав региональных правительств) всего 4. Таким образом, вместе с профессиональными чиновниками, две эти группы участников СВО насчитывали в течение 01.01.2025-01.01.2026 в составе данной части региональных администраций лишь 2,56%. Таким образом, в случае с региональными администрациями программы продвижения и профессиональной подготовки/переподготовки «участников СВО» как правило касаются тех же самых чиновников, которые и ранее входили в управленческую элиту. Таким образом, в этой части номенклатуры речь идет не о формировании какой «новой элиты», а лишь о реализации неких программ по усилению среди данной номенклатуры некой корпоративной солидарности и стимулированию деятельности в рамках некой заданной сверху единой идеологической парадигмы. Традиционно большое внимание СМИ уделяют борьбе с коррупцией и уголовным преследованиям региональных и местных чиновников, что может создавать ощущение, что таких дел стало существенно больше. Ранее в 2015-2019 подсчеты показывали, что репрессии в отношении региональных политических элит охватывают 1,5–2% общей их численности ежегодно. При подготовке данного доклада была собрана статистика по чиновникам, которые с 01.01.2025 по 01.01.2026 занимали изучаемые посты в региональных администрациях, и в течение года стали объектом уголовного преследования. По собранным данным получается картина, близкая к данным 2015-2019 – 17 случаев на перечень из 821 человека на начало года это 2,07% (как представляется, даже при возможном неучете одного или двух случаев, это практически не меняет общее соотношение). Таким образом, невзирая на весь PR-шум, часто смешивающий вместе нынешних и бывших региональных чиновников, депутатов, муниципальных служащих, руководителей муниципальных предприятий, строго методологический подсчет по имеющимся должностям показывает довольно стабильную долю региональных чиновников, которые подвергаются уголовному преследованию, в течение как минимум последних 10 лет. То есть реально доля чиновников данного звена, подвергающихся репрессиям, после 2022 практически не выросла. Таким образом, даже масштабные PR кампании по продвижению в органы власти участников СВО (которые в основном те же самые чиновники) и борьбе с коррупцией в реальности затрагивают лишь по 2% высшей региональной номенклатуры каждая. Таким образом, постоянно ротируемый и воспроизводящийся состав региональных административных элит при этом обладает значимой внутренней инерцией, правила формирования данных административных элит предполагают сложную иерархизацию и механизмы согласования и соподчинения, требуют самим же федеральным законодательством установленных характеристик и компетенций.