Kynev

По случаю православной Пасхи небольшой доклад про отношения наших партий с религией 18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЁН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ КЫНЕВЫМ АЛЕКСАНДРОМ ВЛАДИМИРОВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА КЫНЕВА АЛЕКСАНДРА ВЛАДИМИРОВИЧА 🥚В честь праздника Пасхи И.Гращенков и ЦРРП подготовили небольшое исследование, как партии работают с религиозной тематикой и взаимодействуют с церковью. За последний год религиозная тема в российской партийной политике окончательно перестала быть узким церковным сюжетом. Она превратилась в универсальный политический язык - язык легитимации, морали, традиции, общественного порядка и культурного большинства. И это, пожалуй, главный вывод доклада о том, как российские партии работают с верой, церковью и темой традиционных ценностей. У каждой партии здесь своя роль. «Единая Россия» действует как главный институциональный оператор этой повестки. Для нее вера - это часть государственной нормы, связка между патриотизмом, исторической памятью, семейной политикой и официальной идеологией стабильности. Поэтому у партии самое плотное и системное взаимодействие с церковной темой. ЛДПР и СРЗП работают иначе. Они используют религиозную повестку более эмоционально и наступательно - как инструмент ценностной мобилизации. Здесь акцент уже не столько на административной норме, сколько на защите символов, семьи, праздников, «Русского мира», нравственного порядка. Если у «Единой России» церковь встроена в государственный мейнстрим, то у ЛДПР и СРЗП она становится частью правоконсервативной политической атаки. КПРФ сохраняет двойственность. Формально это партия с советским, левосекулярным ядром, но на практике она давно ищет общий язык с православно-патриотической средой. В результате возникает гибрид - советская память, социальная справедливость и выборочный православный консерватизм. Для коммунистов это не новая вера, а способ расширить коалицию и снять с себя образ старого агрессивного атеизма. «Новые люди» входят в религиозную тему с другой стороны. Для них это не вопрос церковного союза и не язык традиционалистской мобилизации, а вопрос правил, городской среды, безопасности, миграции и бытового порядка. То есть вера здесь становится частью споров о том, как устроен современный город и где проходит граница между свободой совести и интересами соседей. Это более холодный, но вполне политически перспективный подход. «Яблоко», наоборот, остается почти единственной партией, которая говорит о религии прежде всего как о вопросе свободы совести, прав меньшинств и недопустимости клерикального давления. Это нишевая позиция, но она сохраняет за партией отдельную идейную территорию. Что касается большинства малых партий, то для них религиозная тема за год так и не стала самостоятельным политическим капиталом. У кого-то она существует только в виде протокольных поздравлений, у кого-то не просматривается вовсе. Этот рынок уже занят более крупными игроками. Иными словами, в 2026 году партии будут спорить не о вере как таковой, а о том, кто лучше защищает культурное большинство, общественный порядок, семейную норму и символическое пространство страны. Для власти религия - это язык нормальности. Для консервативной оппозиции - язык мобилизации. Для прагматиков - язык регулирования. Для либералов - язык прав. И в этом смысле вопрос уже не в том, используют ли партии тему веры, а в том, какой именно политический режим они через нее строят. https://t.me/thegraschenkov/6652