Вчера перед сном читала Косте «Маленького принца». Экзюпери я люблю до дрожи еще со школьных времен. Это одна из тех книг, которые со временем перестают быть сказкой и становятся диагнозом взрослому миру. Помните, отрывок про удава и шляпу? В нем речь не о детском рисунке и не о фантазии. Он — о разрыве между взрослыми и детьми, который мы привыкли не замечать. Взрослые смотрят и видят шляпу. Ребенок пытается показать им целый мир, но каждый раз сталкивается с непониманием, упакованным в вежливые советы и «разумные» рекомендации. Экзюпери формулирует это предельно понятно: «Взрослые никогда ничего не понимают сами, а для детей очень утомительно без конца им все объяснять и растолковывать». И в этой фразе на мой взгляд самое важное. Взрослый мир слишком уверен в своей правоте, чтобы сомневаться, и слишком занят внешними признаками благополучия, чтобы всерьез вглядываться в то, что происходит внутри ребенка. Мы охотно рассуждаем о воспитании, дисциплине и ответственности, но куда реже готовы говорить о детском одиночестве, страхе, злости и ощущении ненужности. Мы предпочитаем контролировать, а не слышать, объяснять, а не спрашивать, оценивать, а не понимать. В результате ребенок довольно рано усваивает простой вывод: говорить бесполезно, потому что его все равно не услышат. Сегодня, после трагедий, в которых подростки становятся источником насилия, общественный разговор снова уходит в сторону внешних мер. Обсуждаются рамки, охрана, досмотр, запреты. Все это может создавать иллюзию безопасности, но не отвечает на главный вопрос — почему ребенок оказался в состоянии, где разрушение стало для него формой высказывания. Удивительно, что Экзюпери предупреждал об этом задолго до наших дней. Он показывал, как легко взрослые сводят сложный внутренний мир ребенка к удобной «шляпе», чтобы не утруждать себя попыткой понять. «Самого главного глазами не увидишь», вот уж правда. Пока мы не научимся видеть в детях не объект воспитания, а живого человека со своим страхом, болью и вопросами, никакие технические меры не сделают школу и детство по-настоящему безопасными. Искренне убеждена, что разрыв между взрослыми и детьми не возникает внезапно — его создают годами, каждый раз, когда мы предпочитаем не всматриваться.