Александр Рар

Подписание Д. Трампом санкционного закона имени Линдси О. Грэма не означает автоматического введения максимально жёстких мер. Однако закон даёт Трампу рычаг для введения пошлин до 500% на российские товары, а также дополнительных пошлин до 100% на товары стран, продолжающих закупать российские нефть и газ. Эти меры могут затронуть Китай и Индию, а также Турцию и ряд европейских стран. У Трампа появился дополнительный рычаг политического давления как на конкурентов, так и на строптивых союзников. Вашингтон демонстрирует свою силу в мировой энергетике, финансах и торговле. США используют доступ к своему огромному внутреннему рынку как инструмент давления на тех, кто продолжает сотрудничать с Россией. Американская экономическая мощь превращается в ещё более масштабный рычаг глобального воздействия. США демонстрируют, что остаются энергетической сверхдержавой и что значительная часть мировой экономики по-прежнему зависит от доступа к американскому рынку и финансовой системе. Евросоюз приветствует новые санкционные меры, поскольку Брюссель сам поставил перед собой цель полностью отказаться от российских поставок энергоносителей к 2027 году. Однако отдельные европейские страны, всё ещё в значительной степени зависящие от российского импорта, теперь должны будут обращаться не только к Брюсселю, но и к Вашингтону за применением «правил исключения» для себя. Сотрудничество с Вашингтоном может быть вознаграждено смягчением мер, тогда как сопротивление способно привести к усилению давления. Цель Трампа очевидна: усилить давление на Москву и добиться завершения украинского конфликта на условиях, которые соответствуют его представлению о приемлемом урегулировании. Но если Трамп рассчитывает, что новый закон значительно усилит позиции Вашингтона, ему не следует забывать и о возможных рисках. США могут спровоцировать серьёзную турбулентность на мировом энергетическом рынке, новую волну роста цен — особенно на фоне продолжающейся напряжённости вокруг Ирана и в Персидском заливе — а также дальнейшее обострение отношений с Китаем. Таким образом, санкционная политика выходит далеко за рамки давления на Россию. Она становится частью более масштабной борьбы за устройство мировой экономики и международной системы: между сохранением американской однополярности и формированием многополярного мира.