Не священное безмолвие 18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ ПРОИЗВЕДЕН (РАСПРОСТРАНЕН) ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ диаконом АНДРЕЕМ ВЯЧЕСЛАВОВИЧЕМ КУРАЕВЫМ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА КУРАЕВА АНДРЕЯ ВЯЧЕСЛАВОВИЧА В. М. Гундяев на днях имел наглость цитировать Ольгу Берггольц. Что ж, референты, дайте ему вот этот её стих о Родине: Нет, не из книжек наших скудных,Подобья нищенской сумы,Узна́ете о том, как трудно,Как невозможно жили мы. Как мы любили — горько, грубо.Как обманулись мы, любя,Как на допросах, стиснув зубы,Мы отрекались от себя. И в духоте безсонных камер,Все́ дни и ночи напролёт,Без слёз, разбитыми губамиШептали: «Родина… Народ»… И находили оправданьяЖестокой матери своей,На бесполезное страданьеПославшей лучших сыновей. …О, дни позора и печали!О, неужели даже мыТоски людской не исчерпа́лиВ беззвёздных топях Колымы? А те, что вырвались случайно, —Осуждены ещё страшнейНа малодушное молчанье,На недоверие друзей. И молча, только втайне плача,Зачем-то жили мы опять, —Затем, что не могли иначеНи жить, ни плакать, ни дышать. И ежедневно, ежечасно,Трудясь, страшилися тюрьмы,И не было людей безстрашнейИ горделивее, чем мы. За облик призрачный, любимый,За обманувшую навекПески монгольские прошли мыИ падали на финский снег. Но наши це́пи и веригиОна воспеть нам не дала.И равнодушны наши книги,И трижды лжива их хвала. Но если, скрюченный от боли,Вы этот стих найдёте вдруг,Как от костра в пустынном полеОбугленный и мёртвый круг,Но если жгучего преданьяДойдёт до вас холодный дым, —Ну что ж, почтите нас молчаньем,Как мы, встречая вас, молчим… Май 1941 https://diak-kuraev1.livejournal.com/241158.html