Центр «Рубикон» опубликовал статистику за июнь 2026 года, и эти цифры стоит изучить внимательно — они точнее любых штабных докладов описывают характер нынешней войны. 5 232 поражённые цели за один месяц. Для сравнения: в январе 2025 года их было 31. Рост почти в 170 раз за полтора года. Но важна не динамика сама по себе — важно то, по кому именно бьют операторы подразделения. Уже более 50% всех поражённых целей — это беспилотники противника, мультикоптерного, наземного и самолётного типа. Ещё 11% — радиолокационные станции, антенны и средства связи. Почти четверть всех ударов — по блиндажам и полевым укреплениям. А личный состав в этой статистике занимает всего - 1,8%. Артиллерия — менее одного процента. Танки — 0,2%. Это не случайность и не особенность одного подразделения. Это зеркало того, как изменилась война в целом. Противник действует ровно по той же логике: украинские FPV-операторы и расчёты «Баба-Яги» охотятся прежде всего на российские дроны, РЭБ-комплексы и антенны, а не на бронетехнику. Потому что выбить из строя антидроновое прикрытие — значит открыть коридор для следующей волны. Уничтожить ретранслятор — значит ослепить квадрат на несколько часов. Это системная охота на инфраструктуру управления, а не на живую силу. Танк — главный символ войны двадцатого века — сегодня занимает одну пятую процента в структуре реальных боевых целей. Не потому что танков нет на передке. Потому что до танка дрон в большинстве случаев попросту не долетает — он перехвачен, заглушен или сбит раньше. Танк стал вторичной целью в войне, где первичны сенсоры, каналы связи и сами беспилотные платформы. Мы фиксируем окончательное оформление новой военной реальности: это война машин, управляемых операторами за экранами, против других машин. Победа достаётся той стороне, чьи платформы дешевле в производстве, быстрее в реакции и надёжнее в условиях радиоэлектронного противодействия. Если динамика «Рубикона» сохранится, к концу года речь пойдёт о десятках тысяч поражённых целей ежемесячно — и доля дронов в этой статистике будет только расти. Армия, не перестроившаяся под эту логику, перестаёт быть боеспособной — вне зависимости от численности личного состава и количества бронетехники в парке.