Анастасия Кашеварова 🇷🇺

Сытый голодного не поймет. Малый бизнес душат налогами, а сами выбрасывают деньги в пустоту. Наталья Касперская озвучила то, о чём я пишу уже не первый месяц. Повышение налогов для малого бизнеса — это не «затягивание поясов». Это затягивающаяся удавка на шее предпринимателей и финансовой системы страны. Потому что когда вводится дополнительный налог на оборот свыше 20 миллионов рублей, не учитывается, что оборот — это не доход. Это доходы и расходы вместе. Сюда входят зарплаты сотрудникам. Аренда. Закупка расходников. И те же самые налоги. И когда ты платишь повышенные налоги с оборота, а не с прибыли, ты работаешь не в ноль. Ты работаешь в кредит. Арифметика С 1 января 2026 года порог выручки для обязательной уплаты НДС снижен с 60 до 20 миллионов рублей в год. Ставка НДС выросла с 20% до 22%. Для бизнеса с оборотом чуть выше 20 миллионов налоговая нагрузка в ряде случаев выросла до половины фактического дохода. Что это дало? Ровно то, что и должно было дать. Тысячи малых и средних предприятий закрылись. Банкротства индивидуальных предпринимателей растут. По данным Торгово-промышленной палаты 65% малого бизнеса работает без прибыли. И самое показательное. Минфин ожидал, что реформа принесёт дополнительные 200 миллиардов рублей. А по данным ФНС, поступления от бизнеса и граждан на специальных режимах сократились на 16% — до 537,2 миллиарда. Бьюти-сегмент За январь–июль 2026 года работу прекратили 12,3 тысячи предприятий в бьюти-сегменте. Это на 52,5% больше, чем годом ранее. Регистрация новых компаний упала на 16,1%. Мастера уходят работать «на себя». В тень. На кухни. Где налоги не платятся вообще. Эксперты прогнозируют, что до 30% предприятий уйдут в теневой сектор. Швейная промышленность та же картина. По данным Forbes, в 2026 году могут закрыться до 40% магазинов одежды. Уже с рынка ушли многие отечественные бренды, кто-то полностью закрылся, кто-то сократил производство и перешел чисто в онлайн. Как же появилась пустота, которую пытаются закрыть сдирая с малого бизнеса последние штаны? Вы скажете - война. Несомненно, но есть нюанс. А именно просчеты финансистов. Когда началось СВО - были кадровые, ополченцы, добровольцы, мобилизованные, контрактники первой волны. Кто-нибудь из них получал миллионные выплаты? НЕТ! А на них до сих пор армия держится. Но есть же безвозвратные потери и на фронт нужны люди, и кто-то предложил, а давайте мульоны платить за контракт. Регионы стали между собой соревноваться, кто больше даст денег. Кто, 3,5 миллиона, кто 5 миллионы, кто 7 миллионов. Нет бы сделать внутри армии шкалу поощрений, создать дисциплину и условия, чтобы люди шли, или даже выдача квартир была бы лучшим вариантом, и девелоперов поддержать и проблему военных с жильем закрыть. Но легче всего - всем бабла раздать. И тут опять тыл не просчитал, что вокруг этих денег сложилась преступная система. Черные рекрутеры, черные вдовы, целые ОПГ, которые через коррупционные связи в пунктах отбора и районных администрациях находят людей из неблагополучных слоёв и заведомо негодных к службе по состоянию здоровья. Берут их под контроль, получают доступ к банковским картам, обналичивают выплаты. А теперь — вопрос. Кто отвечает за то, что эти люди попали на фронт? Кто отвечает за то, что человек, не годный к службе, получил 7 миллионов, а потом погиб или получил ранение — и его семья получила ещё 15–17 миллионов? Кто отвечает за то, что эти деньги ушли в пустоту? Минобороны тут не при делах: «Нам дали людей. Мы с ними воюем». Тыл говорит: «Мы закрыли план». Получается, никто не отвечает. То есть накладывается одно на другое: 1. Всех подряд тащим на контракт за деньги. Эффективность зачастую таких бойцов нулевая. Деньги в пустоту потрачены. Зато цифры в отчетах. 2. Поняли, что денег не хватает и стали уменьшать выплаты - отток количества контрактников. 3. Не навели стойкую дисциплину в рядах ВС РФ, что приводит к потерям и большим выплатам, так как нет ответственности за вверенный человеческий ресурс. https://t.me/natalya_kasperskaya_channel/326