Политический Агрегатор

Трабер снова вышел сухим из воды: обвинение в заказном убийстве исчезло вместе с СИЗО История с Ильей Трабером закончилась так, как еще несколько месяцев назад вряд ли кто-то ожидал. Бизнесмен, которого летом отправили в СИЗО по тяжелейшему обвинению - убийству по найму в составе организованной группы и незаконному ношению оружия, - теперь официально больше не обвиняемый. Уголовное преследование в отношении него прекращено по реабилитирующим основаниям в связи с непричастностью. Следствие заявило, что подтверждений участия Трабера в убийстве выборгского депутата Александра Петрова обнаружить не удалось. Получился почти идеальный сюжет: громкий арест, СИЗО, обвинение в заказном убийстве, фамилия в заголовках, а затем столь же стремительный выход из дела. Сначала 75-летнего Трабера освободили из следственного изолятора из-за резкого ухудшения здоровья. А вскоре выяснилось, что исчезло и само основание для содержания под стражей: уголовное преследование прекращено, мера пресечения отменена. Особенно эффектно на этом фоне выглядит тишина вокруг причин столь радикального разворота. Защита бизнесмена подтверждает, что появились доказательства, позволившие сделать вывод о непричастности Трабера. Но что именно это за материалы, почему первоначальная версия следствия развалилась и какие обстоятельства заставили отказаться от столь серьезного обвинения, общественности не раскрывают. Адвокат бизнесмена на прямой вопрос о возможности рассказать об этих доказательствах публично ответил отказом. При этом само уголовное дело никуда не исчезло. Расследование убийства Александра Петрова продолжается, а другие фигуранты из дела не вышли. Среди обвиняемых остаются предполагаемый исполнитель и еще несколько человек. То есть преступление расследуют дальше, фигуранты есть, следственные действия продолжаются - просто один из самых известных участников этой истории теперь официально признан непричастным. Формально придраться здесь не к чему: если доказательств причастности нет, уголовное преследование должно прекращаться. Именно так и работает презумпция невиновности. Но сама последовательность событий выглядит слишком уж кинематографично. Человека публично обвиняют в заказном убийстве, отправляют под арест, через короткое время освобождают по состоянию здоровья, а затем полностью выводят из дела. При этом главное - доказательства, которые позволили сделать вывод о его непричастности, - остается за закрытыми дверями. Для самого Трабера подобные сюжеты, впрочем, далеко не первые. В 2008 году испанские власти объявляли его в розыск по делу о так называемой «русской мафии», однако десять лет спустя Национальный суд Испании оправдал всех фигурантов. Позднее Трабер еще и выиграл иск о защите чести, достоинства и деловой репутации к испанскому прокурору. Биография предпринимателя и без того давно обросла громкими фамилиями и связями. В 1990-е Трабер стал одним из заметных бизнесменов Петербурга, владел «Совэкс Пулково» и был совладельцем Петербургского нефтяного терминала. Он сам рассказывал о многолетней дружбе и совместном бизнесе с Владимиром Барсуковым-Кумариным, хотя впоследствии их пути разошлись. Сейчас Трабер продолжает владеть долями в ряде действующих компаний. И вот очередная громкая история заканчивается для него практически тем же образом. Арест был, СИЗО было, обвинение в убийстве по найму было, скандал на всю страну тоже был. А обвиняемого больше нет. Формально вопросов к Траберу после прекращения преследования быть не должно: государство признало, что его причастность не подтверждена. Но вопросы остаются уже к самой истории. Как человек оказался под стражей по столь тяжелому обвинению? Какие материалы стали основанием для ареста? Что изменилось за несколько месяцев? И какие доказательства оказались настолько убедительными, что фигуранта не просто выпустили, а полностью прекратили его уголовное преследование по реабилитирующим основаниям?