Политический Агрегатор

Михалков ответил Сокурову Президент Московского международного кинофестиваля Никита Михалков опубликовал в своем Telegram-канале ответ на открытое письмо режиссера Александра Сокурова, в котором тот просил помочь кинематографистам, чьим фильмам Минкультуры отказало в выдаче прокатных удостоверений. Михалков выбрал формулу, которую стоит привести дословно. «Он называет меня одним из руководителей государства, коим я никогда не являлся, не являюсь и являться не буду. Потому мое предложение к г-ну Сокурову - переадресовать это письмо кому-нибудь из тех, кто действительно государством руководит», - написал Михалков. И добавил, не отказывая себе в риторическом завершении: «Надеюсь, что его озабоченность услышат и ему ответят. И что теперь он этого ответа с нетерпением будет ждать». Чтобы оценить иронию ситуации, надо вспомнить, что именно просил Сокуров. Письмо было передано Михалкову еще в апреле, во время проведения 48-го ММКФ, через программного директора фестиваля Ивана Кудрявцева. Ответа коллеге Сокуров не дождался - и через два месяца, в июне, опубликовал письмо открыто. Среди прочего он предложил Михалкову «ознакомиться со списком фильмов, запрещенных Минкультом для демонстрации на территории нашей страны», взятым из открытых источников, и приложил перечень - тридцать семь кинолент. В списке, что любопытно, значится и собственная картина Сокурова «Солнце». Ход Сокурова - обращение именно к Михалкову - был осмысленным. Никита Михалков не просто титулованный режиссер, обладатель «Оскара» и «Золотой пальмовой ветви», но и президент главного государственного кинофестиваля страны, председатель правления Союза кинематографистов России, член Совета по культуре при президенте. То есть человек, без формальной должности в правительстве по факту обладающий заметным влиянием в культурной политике. Сокуров обратился к нему именно в этом качестве. Михалков выбрал другую позицию. Из его ответа следует, что он - частное лицо, занимающееся фестивалем и кино, и просьбу о решении вопроса с прокатными удостоверениями ему направили по ошибке. Куда именно «правильно» направлять подобные письма, президент ММКФ уточнил без особого тепла: тем, кто «действительно государством руководит». То есть, по сути, в Кремль или Минкультуры - то самое ведомство, которое и отказывает в прокатных удостоверениях. К этой основной полемике пристегивается отдельный эпизод, без которого картина была бы неполной. Перед 48-м ММКФ публично сообщалось, что Сокурову пришло приглашение от Михалкова приехать на фестиваль для получения специального приза «За вклад в мировой кинематограф». На церемонии закрытия фестиваля, однако, не было ни Сокурова, ни Михалкова, а приз так и не был вручен. В пресс-службе ММКФ позднее заявили, что президент фестиваля не подписывал документов о вручении спецприза коллеге. Сам Сокуров прокомментировал эту историю одной фразой: «Сначала решили, потом передумали». Получается публичная конструкция, для российского кино последних лет довольно характерная. Один большой режиссер обращается к другому с просьбой использовать аппаратный вес ради тридцати семи запрещенных фильмов. Второй публично от аппаратного веса открещивается и отсылает автора письма «настоящим руководителям государства». В промежутке - несостоявшийся спецприз и неподписанные документы. Все это происходит между фигурами, чьи имена сами по себе равны бренду российского кинематографа. Что в этой полемике существенно отдельно. Список из тридцати семи фильмов, к которым у Минкультуры есть претензии, как минимум теперь стал предметом публичной дискуссии - он лежит в открытом доступе и его можно изучать. Михалков от обсуждения отказался, но сам факт, что один из ведущих режиссеров публично выкатывает такой список, а другой публично говорит «не по адресу», - уже политический сигнал внутри отрасли. Будет ли ответ от тех, кому Михалков предложил переадресовать письмо, - вопрос пока открытый.