Политический Агрегатор

338 миллионов аванса и ноль результата: подрядчик «Главстроя СПб» ушел в банкротство В Петербурге тихо, без фанфар, но с тяжелым запахом денег и банкротства, завершилась история ООО «Группа компаний «Энергосистемы»». Подрядчик одного из крупнейших застройщиков города - Главстрой СПб - официально признан несостоятельным. Решение вынес Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области, открыв конкурсное производство по заявлению самого заказчика. Фактура выглядит как учебник по тому, как не надо работать с авансами. В апреле 2019 года «Главстрой СПб СЗ» заключает с ГКЭС контракт на проектирование, изыскания и пусконаладку сетей теплоснабжения для масштабных жилых проектов. Подрядчику сразу перечисляют 338 млн рублей аванса. Деньги немалые, задачи серьезные, сроки понятные. Итог - срыв работ, расторжение договора и неотработанные 86,2 млн рублей. Дальше - суды. В январе прошлого года арбитраж взыскивает с ГКЭС 52 млн рублей. Сумма, впрочем, уже «подрезана» резервом качества - 34,2 млн. Именно эта задолженность и становится спусковым крючком для банкротства. То есть сначала сотни миллионов, потом судебные корректировки, а в финале - конкурсное производство. Сам «Главстрой СПб», который сегодня реализует в городе гигантские проекты «Юнтолово» и «Северная долина», предпочел уйти в глухую оборону. Комментариев - ноль. Где именно работал подрядчик, какие объекты «грел», какие сети так и не были доведены до ума - неизвестно. Удобная тишина. Конкурсный управляющий ГКЭС Евгений Коротаев называет сухие цифры: на момент введения конкурсного производства реестр требований кредиторов - 105 млн рублей. И это не предел. Реестр еще открыт, требования продолжают поступать. Имущества у должника - никакого. Ни недвижимости, ни техники. Из активов - разве что дебиторка, которую еще предстоит «пощупать». Классический набор: деньги были, работ - нет, активов - тоже. Но самое интересное начинается, когда в дело заглядывает Федресурс. Там у ГКЭС выявлены признаки и преднамеренного, и фиктивного банкротства одновременно. Комбо, которое даже для российского строительного рынка считается редкостью. Юристы отмечают: фиктивное банкротство фиксируется крайне нечасто, а уж чтобы сразу в паре с преднамеренным - это почти «джекпот». По мнению экспертов, признаки фиктивности могли проявиться в том, что компания еще весной прошлого года сама заявляла о «недостаточности имущества» и намерении банкротиться. А признаки преднамеренности - в возможном выводе активов, убыточных сделках и странных бухгалтерских маневрах. Пока это формулируется аккуратно - «предположения», но в таких случаях заключения конкурсных управляющих обычно отправляются туда, где вопросы задают уже не арбитражные судьи. Особый цинизм ситуации - на фоне общей статистики. Как ранее писал Деловой Петербург, число банкротств в строительстве за последние пять лет сократилось почти в пять раз. Отрасль, говорят аналитики, «стабилизировалась», риски «уравновешены», государство активно поддерживает рынок. На этом фоне история ГКЭС выглядит не системным кризисом, а точечной схемой, где авансы растворяются, работы не доводятся, а финалом становится банкротство без имущества. И здесь главный вопрос даже не к подрядчику. Вопрос к системе: как компания с пустыми активами получает сотни миллионов аванса? Как подрядчик срывает работы, а затем спокойно уходит в конкурсное производство, оставляя кредиторов разбираться с «дебиторкой»? И почему подобные истории снова и снова всплывают именно в крупных стройках с большими деньгами? 338 миллионов - это не ошибка бухгалтера. Это деньги, которые должны были превратиться в инфраструктуру. Но превратились в строчки в реестре кредиторов и галочки в Федресурсе. Все остальное - уже детали, которыми, судя по признакам фиктивного банкротства, могут заинтересоваться совсем другие инстанции.