Хирург Леонид Рогозов считался достаточно подготовленным человеком для экспедиции в Антарктиду. За плечами молодого медика-добровольца был Ленинградский педиатрический медицинский институт, он продолжал учёбу в ординатуре по хирургии. В составе 6-й САЭ Рогозов готов был прийти на помощь заболевшим полярникам, а заодно выполнял функции метеоролога и водителя. Но к тому, с чем Рогозову пришлось столкнуться на ледяном континенте, ни в какой ординатуре его не готовили. ЧП случилось на третий месяц зимовки на станции Новолазаревская в Оазисе Ширмахера. Утром 29 апреля Рогозов заметил у себя симптомы воспаления аппендикса. У врача повысилась температура, он испытывал тошноту. Боль в правой подвздошной области была так сильна, что Рогозов не мог спать. Острый аппендицит – распространённое заболевание, которым заболевают 4-5 человек из тысячи в год. Поначалу доктор надеялся вылечиться с помощью антибиотиков. Он соблюдал постельный режим и охлаждал больное место. Но температура тела продолжала расти. Дело могло кончиться перфорацией брюшной полости и перитонитом – а это практически верная смерть. Ни на Новолазаревской, ни на ближайших антарктических станциях на тот момент не было самолёта. К тому же в этом районе Земли Королевы Мод разыгралась такая снежная буря, что воздушное судно просто не могло бы приземлиться. Вечером 30 апреля Леонид Рогозов решился на то, что считал почти невозможным – акт самохирургии. Удалять аппендиксы пациентам ему уже приходилось. Рогозов прилёг на предварительно стерилизованную в автоклаве лежанку. Поскольку обзор собственного живота был недостаточным, врач попросил инженера-механика Зиновия Теплинского держать перед ним зеркало и подсвечивать место операции лампой. Другим «ассистентом хирурга» стал метеоролог Александр Артемьев, который подавал инструменты. Ему Рогозов дал инструкцию на случай потери сознания – Артемьев должен был привести его в чувство с помощью укола адреналина. Сначала хирург-пациент обезболил область операции уколом новокаина. Затем рассёк скальпелем правую подвздошную область, сделав надрез длиной 12 сантиметров. Рогозову приходилось бороться со слабостью, головокружением и сбоями сердечного ритма. Ради чувствительности пальцев Рогозов работал без перчаток. Оказалось, что операция проведена вовремя – аппендикс вот-вот мог лопнуть, о чём свидетельствовало тёмное пятно на нём. В решающий момент, когда оставалось только удалить больной орган, врач пал духом, его руки «стали как резина». Но Рогозов осознал, что фактически уже спасён. Он вырезал гнойный червеобразный отросток и ввёл в рану антибиотик. Под конец хирург зашил сам себя. В общей сложности операция длилась 1 час 45 минут. В полночь на 1 мая врач заснул, приняв дозу снотворного. После возвращения мужественного доктора из Антарктиды судьба больше его не испытывала. Рогозов окончил ординатуру, аспирантуру, защитил кандидатскую диссертацию. Он много лет проработал врачом-хирургом, а с 1986 года заведовал отделением хирургии лимфоабдоминального туберкулеза Ленинградского НИИ фтизиопульмонологии. Леонид Рогозов умер в 2000 году. Хирургические инструменты, которыми он пользовался на полярной станции, ныне хранятся в петербургском Музее Арктики и Антарктиды. Адекватный канал Адекватный чат Предложить новость