✒️ Это, наверное, самое интересное, что я прочитал за последние дни. В своей колонке для The New York Times Маша Гессен рассказывает удивительную семейную историю. В сталинской Москве ее бабушка работала цензором иностранных корреспондентов — и несколько лет читала и резала тексты Харрисона Солсбери, главы московского бюро NYT. Она никогда с ним не встречалась, но считала его великим журналистом. Солсбери писал об антисемитской кампании против "безродных космополитов", пытался понять жизнь СССР по очередям, магазинным витринам и разговорам на московских улицах. А бабушка Гессен, сама еврейка и единственная еврейка в своем отделе, вычеркивала из его текстов именно то, что считалось опасным. Она знала: недостаточная "бдительность" могла закончиться лагерем. Это очень хороший текст одновременно о позднем сталинском СССР, цензуре, журналистике и о человеке, который запрещает другим писать правду, прекрасно понимая, что это правда. Я сделал полный перевод колонки Гессен у себя в Substack, в который я постепенно мигрирую — там полноценная платформа для классического блогера. Подписывайтесь, кстати.