Когда Гёте работал над «Фаустом», он редко ограничивался пером: рядом с рукописью нередко появлялись быстрые рисунки, где мефистофельский профиль, готическая комната учёного или горный пейзаж Гарца проступали сначала линией, а потом уже словом. Для поэта, который считал себя наполовину художником и годами учился рисовать в Италии, зрительный образ был способом нащупать сцену: он словно сначала видел, как Фауст склоняется над фолиантами при свече, а затем подбирал стихи под этот свет и тень. В нашем букинисте есть издание Corpus der Goethe zeichnungen, полный свод рисунков Гёте: пейзажи, архитектурные зарисовки и беглые штрихи, в которых невольно начинаешь искать будущие сцены «Фауста».