"Я осознаю, я осознаю, что я сейчас затрагиваю вот просто, не знаю, тему табу в нашей стране под названием Абхазский театр. Я это прекрасно знаю. Я знаю своих коллег, да, и может быть их реакцию или еще что-то. Кто-то будет очень согласен, кто-то будет не очень согласен. Мне не важно, как вы, как вы там разделены, эти касты бесконечные или еще что-то. Мне это не важно. Мне важно, что пострадал человек [получил травму в результате падения]. И мне важно, завтра это будет через две недели еще кто-то и еще кто-то. Это, ну это разве не ужас? Это разве не кошмар? Это разве не стоит того, чтобы обратить на это внимание? А не говорить мне о том, что мы вызвали милицию, милиция установила, что это несчастный случай... Звонит мне, не побоюсь это сказать, главный режиссёр Абхазского театра Мадин Аргун. Звонит в истерике с какими-то доказательствами о том, что они пишут письма вечно, чтобы им всё поменяли, всё сделали, что я знаю, зачем я так и поступаю. Во-первых, я высказываю своё мнение. Во-вторых, восемь лет назад, когда я служила в Абхазском театре, было ровно то же самое". Актриса Милана Ломия.