АСАФОВ

🧠 "Спасти человечество": как ИИ-гиганты готовят рынок к картелю Не успела "секретная нейросеть" решить "задачу тысячелетия", как крупнейшие американские разработчики ИИ почти одновременно заговорили о необходимости замедлить технологическую гонку и ограничить развитие наиболее мощных моделей. Кампанию возглавил руководитель Anthropic Дарио Амодеи: по его оценке, уже через 6-12 месяцев рой ИИ-агентов может получить возможность захватить инфраструктуру интернета и причинить ущерб в сотни миллиардов долларов. Чтобы предотвратить такой сценарий, Амодеи предложил допустить в компании независимых аудиторов, согласовать общие стандарты безопасности и закрепить их совместно с правительствами. При этом замедление должно сохранить преимущество США над Китаем. Для этого предлагается усилить контроль над экспортом передовых чипов, копированием моделей и распространением их весов. Инициативу поддержал глава OpenAI Сэм Альтман, намекнувший на подготовку соглашения между ведущими американскими ИИ-компаниями. На этом фоне OpenAI вопреки ожиданиям отказалась от IPO в 2026 году, назвав нынешний момент "неподходящим из-за рисков ИИ". Размещение акций с потенциальной оценкой около $1 трлн теперь откладывается до 2027 года. К кампании присоединился и Илон Маск, напомнивший, что еще в 2014 году называл ИИ "потенциально опаснее ядерного оружия". Однако за разговорами о безопасности просматривается вполне конкретный вопрос: кто получит контроль над моделями ИИ, а кому оставят лишь аренду доступа к ним. Модели с открытыми весами или опенсорс-модели можно скачать, установить на собственное оборудование и дообучить под свои задачи. Благодаря этому независимые разработчики способны создавать конкурирующие сервисы без разрешения и постоянных платежей владельцу исходной модели. Установленную копию при этом уже невозможно централизованно отключить или полностью контролировать. Закрытые модели устроены иначе: они остаются в дата-центрах разработчика и работают через API. Корпорация сохраняет контроль над запросами, определяет круг пользователей и устанавливает стоимость доступа. Именно переход от скачиваемых моделей к контролируемым API лежит в логике предлагаемых ограничений. Необходимость запрета открытых весов все чаще объясняют риском "попадания технологий в руки российских хакеров и террористов", а будущий порядок доступа к LLM уже сравнивают с продажей профессиональных пестицидов: доступ получают только лицензированные компании, а обычные пользователи — нет. Показательно и то, что эта риторика усилилась на фоне успехов китайского опенсорса. Сегодня на китайские модели приходится 41% загрузок на Hugging Face, а LLM GLM 5.2 и Kimi 2.7 справляются примерно с 75% инженерных задач при стоимости около 20% от американских аналогов. Публичная кампания призвана сформировать общественный запрос на вмешательство государства. Следующим шагом станут дорогостоящие требования, формально единые для всех разработчиков, но создающие для них совершенно разную нагрузку. Механизм напоминает американские споры о налогах для сверхбогатых: миллиардеры громче всех требуют повысить ставки, после чего обходят их при помощи дорогих консультантов и сложной структуры активов. Реальные издержки несет средний класс. В сфере ИИ эта роль достанется небольшим лабораториям и независимым разработчикам: американский BigTech включит расходы на соблюдение правил в стоимость своих сервисов, в то время как их менее крупные конкуренты лишатся возможности свободно распространять модели. Особенно показателен вопрос антимонопольного законодательства. OpenAI уже выясняет у Конгресса, можно ли совместно координировать темпы разработки без нарушения закона и не будет ли такое соглашение квалифицировано как картельный сговор. Амодеи, в свою очередь, допускает специальные исключения для его участников. Под вывеской спасения человечества миру планируют оставить несколько лицензированных API, владельцы которых будут коллективно решать, кто, как и по какой цене получает доступ к ИИ. Видимо, первой реальной жертвой еще не случившейся катастрофы станет открытая и честная конкуренция.