🇮🇶 Новый узор политической мозаики: итоги парламентских выборов в Ираке. Часть 2/2 📍Результаты выборов В выборах участвовали 69 коалиций, партий и движений, в сумме выдвинувших 7 745 кандидатов. Согласно опубликованным 12 ноября результатам, всего в парламент прошло 41 объединение, среди которых ключевыми стали: 🔵 Возрождение и развитие (шиитский блок Мухаммеда Шиа ас-Судани) — 12,08%, 46 мест; 🟡 Демократическая партия Курдистана (курдская партия Масуда Барзани) — 10,09%, 26 мест; 🟠 Прогресс (суннитский блок Мухаммеда аль-Халбуси) — 8,67%, 27 мест; 🟢 Государство права (шиитский блок Нури аль-Малики) — 6,52%, 29 мест; ⚫️ Садыкун (проиранский шиитский блок Кайса аль-Хазали) — 6,29%, 27 мест; 🟤 Бадр (проиранский шиитский блок Хади аль-Амири) — 5,10%, 18 мест; 🔴 Патриотический союз Курдистана (курдская партия Бафеля Талабани) — 5,03%, 15 мест; 🟣 Национальные государственные силы (центристский шиитский блок Аммара аль-Хакима) — 4,71%, 18 мест; ⚪️ Азм (суннитский блок Мусанны ас-Самарраи и Хамиса аль-Ханджара) — 4,43%, 15 мест. Оставшиеся 108 мандатов распределились между 31 объединением, каждое из которых набрало менее 3% голосов, при этом получив от 1 до 9 мест. В сумме шиитские силы получили 184 места, суннитские партии — 76, курдские — 56. 📍Прогнозы Хотя формально выборы выиграл блок ас-Судани, он остается заложником широкой шиитской коалиции, в которую также вошли "Государство права", "Бадр", "Садыкун", "Национальные государственные силы" и ряд небольших шиитских объединений. При таком раскладе ни ас-Судани, ни его оппоненты внутри шиитского лагеря не могут в одиночку контролировать процесс формирования кабинета. На практике это означает затяжные переговоры между разными группами "Координационного каркаса", а также суннитами и курдами по 3 вопросам: ➤ распределение высших государственных постов (шиитский премьер, суннитский спикер, курдский президент) и контроль над силовыми ведомствами; ➤ статус Сил народной мобилизации (шиитские ополчения) и их интеграция в государственные структуры; ➤ распределение между Багдадом и Эрбилем нефтяных доходов и бюджетных трансфертов, а также урегулирование статуса спорных территорий Киркука и Ниневии. При этом внутри коалиции нет единства по поводу 2-го срока ас-Судани, а фигуры вроде Нури аль-Малики открыто блокируют его возвращение. На этом фоне бойкот сторонников Муктады ас-Садра хоть и снизил риск открытого конфликта между садристами и проиранскими силами в парламенте, но обострил проблему легитимности системы в глазах шиитской улицы. В то же время усиливается внешнее давление: Вашингтон и ЕС добиваются от Багдада минимизации роли наиболее радикальных проиранских групп в будущем кабинете, а Тегеран открыто обвиняет США во вмешательстве во внутренние дела Ирака. Скорее всего, в ближайшее время борьба за влияние будет осуществляться не столько через организацию уличных протестов и поддержку вооруженных групп, сколько через “перехватывание” парламентских коалиций и ключевых комитетов, отвечающих за бюджет, безопасность и энергетику. В итоге именно баланс сил условно прагматичного лагеря ас-Судани и более жесткого проиранского крыла шиитов будет задавать контуры иракской политики в стране до конца этого десятилетия. #выборывмире